Удар по теневым правителям Ирана

Политика
«Нефть России», 18.03.15, Москва, 12:52    Приговор сыну бывшего президента Мехди Хашеми Рафсанджани является эпизодом нарастающей политической борьбы в Исламской республике
 
Информация о том, что 45-летний Мехди Хашеми приговорен к пятнадцати годам тюремного заключения и огромному штрафу, стала настоящей информационной бомбой, взорвавшей спокойствие Тегерана воскресным днем 15 марта. Часть крупных бизнесменов, плотно «сидящих» на экспортно-импортных операциях и владеющих не одним десятком подставных фирм, тут же задумались о том, не пора ли им паковать чемоданы и срочно покупать билеты в Эмираты, на Гоа и в Таиланд. Сторонники нынешнего президента Хасана Рухани выступили с многочисленными комментариями, в которых приговор суда назвали «попыткой сторонников жесткой линии скомпрометировать реформаторов в преддверии парламентских выборов в феврале следующего года».
 
Но большая часть иранцев встретила произошедшее словами «давно пора» и персидским аналогом русской поговорки о веревочке, которой «сколько не виться, все равно конец будет». Поскольку уже без малого 20 лет биография Мехди Хашеми, четвертого сына одного из «отцов-основателей» Исламской республики, «теневого правителя» Ирана Али Рафсанджани, состоит из «темных пятен» и скандалов. Которые связаны главным образом с тем, что с 1994 года Мехди по сути является главным управляющим финансами могущественного клана, созданного его отцом того самого «клана Рафсанджани», который располагает умопомрачительными по иранским меркам денежными средствами, огромным влиянием в политических элитах страны и является безоговорочным авторитетом для нынешней президентской администрации.
 
Нынешний глава клана, 80-летний Али Акбар Хашеми Рафсанджани, с 1979 года, после победы Исламской революции, занимал практически все высшие должности, которые только существуют в Иране: спикер парламента, де-факто Верховный главнокомандующий на заключительном этапе ирано-иракской войны 1980-1988 годов, два срока президент, глава Ассамблеи экспертов и председатель Совета по целесообразности. И одновременно с этим стал одним из богатейших людей страны, попал по размерам личного состояния в «золотую сотню» Forbes. Головокружительная карьера для выходца из пусть и зажиточной, но все же крестьянской семьи, выращивавшей фисташки в провинции Керман. «Акбар Шах» (великий властелин), как называют Рафсанджани в Иране, всегда отрицал, что его личное состояние как-то связано с занятием им высших постов в Исламской республике. И уж тем более он категорически протестует, когда одним из источников его благосостояния называют приватизацию, начавшуюся в период его пребывания на посту президента.
 
Да, к моменту ее начала один его брат руководил крупнейшей компанией по добыче меди, другой сетью телерадиовещания, племянник и сын занимали ключевые посты в министерстве нефти, еще один сын возглавлял строительство метро в Тегеране. Один из ближайших родственников был губернатором провинции Керман, да и другие находились на «нужных» постах. Но всего этого было явно недостаточно для того, чтобы к началу 2000-х «экономическая империя Рафсанджани» обладала многомиллиардными оборотами, счетами в Швейцарии и Люксембурге, курортными зонами и отелями в Дубае, на Гоа и в Таиланде, а через подставные фирмы контролировала несколько нефтеперерабатывающих заводов, предприятия иранского автопрома и частные авиакомпании.
 
«Ларчик» открывается достаточно просто после победы Исламской революции иранское руководство активно создавало по всему миру «финансовые закладки», счета, на которых аккумулировались средства для финансирования как специальных операций, тех же закупок оружия и технологий, так и деятельности «черных рыцарей» фирм и отдельных предпринимателей, ведущих бизнес с Ираном в обход всяческих санкций, международных или же односторонних. В середине 90-х в ходе одной из дискуссий по поводу бюджета президент Хашеми Рафсанджани категорически заявлял своим оппонентам о необходимости сохранения «значительных резервных средств на случай, если Исламская республика окажется в опасности». Шаг вполне разумный, тогда с «Акбар Шахом» согласились, но чуть позже стало понятно, что право определять «опасный момент» и, соответственно, распоряжаться резервами Рафсанджани оставил за собой. И это право он сумел сохранить даже тогда, когда закончился президентский срок к этому времени члены его клана уже контролировали наиболее значительные из нелегальных финансовых потоков. И координировал все эту деятельность сын «Акбар Шаха» Мехди Хашеми.
 
Скандалы вокруг его фигуры, как уже было сказано выше, возникали постоянно. В 1997 году разразился скандал с французской «Тоталь», которая за право работать на шельфе Ассалуйе «заплатила» сыну «Акбар Шаха» около 80 миллионов долларов. В 2004 году норвежский суд также признал его виновным в получении взятки от местной нефтяной компании Statoil в размере 15 миллионов долларов деньги были переданы Хашеми «за обеспечение выгодных для норвежских фирм контрактов по разработке иранских нефтяных месторождений».
 
В 2011-м происходит событие, которое весьма ярко характеризует стиль Хашеми в ведении дел суд провинции Онтарио признает его виновным в рэкете канадского предпринимателя иранского происхождения, от которого «финансист клана» под угрозой расправы требовал переписать его бизнес в сфере консалтинга в нефтяной сфере на одну из принадлежащих Хашеми фирм.
 
Спасаясь от судебного преследования, Мехди в 2012 году возвращается в Иран. Но времена изменились, у власти теперь другие люди, «поколение ветеранов» во главе с Ахмадинежадом, для которых Рафсанджани и его клан символ перерождения и измены идеалам Исламской революции. Три месяца под арестом вполне могли закончиться реальным длительным сроком по приговору суда уже тогда, но «клан теневых правителей» вновь продемонстрировал свое влияние, и в декабре того же 2012 года Хашеми был освобожден и вновь выехал за границу.
 
Но хотя суда и не состоялось, по клану Рафсанджани был нанесен серьезный удар, который был воспринят иранским обществом с полным одобрением. «Теневые правители», пресловутые «пятьдесят семейств», которые контролируют частный сектор экономики страны, откровенно зарвались. Страна тяжело переносит санкции, уровень жизни падает а еще один сын Рафсанджани, Ясир, вкладывает миллионы долларов в свой конезавод на «тегеранской Рублевке» в северных районах иранской столицы, и это далеко не единичный случай «богатства напоказ», вызывающий яростный протест и в обществе, и в среде «консерваторов», сохраняющих веру в идеалы социальной справедливости, провозглашенные Исламской революцией.
 
Но почему же, зная о столь негативном к себе отношении, Мехди Хашеми вновь вернулся в страну? Центр стратегических исследований Ирана, который долгие годы возглавлял Хасан Рухани, был инициативой Хашеми Рафсанджани. С 1992 года, когда нынешний президент отказался от должности министра разведки, но принял предложение возглавить этот Центр, вся его деятельность как политика оказалось тесно связанной с «Акбар Шахом». «В той или иной форме, с 1992 года, какие бы должности ни занимал Рафсанджани Рухани всегда был рядом с ним», отмечают иранские исследователи. Именно в этом Центре по распоряжению Рафсанджани с 1997 года разрабатывалась так называемая концепция «третьего пути для Ирана» сохранение внешних форм «исламского правления» при глубокой интеграции в нынешнюю однополярную мировую систему, «реинтеграции в мировую экономику» и «конструктивный диалог с ведущими державами». Оно и понятно деньги «клана» требуют легализации на Западе, а потому, как говорят и Рухани, и Рафсанджани: «Экономические проблемы Ирана будут уменьшаться, если экстремисты-консерваторы позволят нам наладить нормальные отношения с миром». Нынешняя двусмысленность позиции официального Тегерана в отношении к России из этой же серии: не повредить диалогу с США. Хашеми вернулся в Иран для участия в реализации этого курса но и он, и члены «клана» откровенно недооценили своих противников из лагеря «консерваторов». Активное сопротивление политике «клана Рафсанджани» и его союзников тех же реформаторов и «пятидесяти семейств», началось в 2005 году, после того как «Акбар Шах» проиграл выборы лидеру нового поколения иранского руководства Махмуду Ахмадинежаду. Как показала история с приговором Мехди Хашеми, приход к власти ставленника «клана» Хасана Рухани воспринимается консерваторами как временное поражение, мириться с которым никто не собирается. По «теневым правителям Ирана» нанесен серьезный политический удар. Не будет громкого процесса, священный принцип иранских элит «не раскачивать лодку» не будет нарушен сенсационными разоблачениями. Но внутриполитическая борьба в Иране на ближайший год не станет от этого менее ожесточенной. Каждой из сторон здесь есть что терять. Более того, исход этой «схватки бульдогов под ковром» несет в себе риски и вызовы для всего региона. Впрочем, это уже отдельная тема…
 
Игорь Панкратенко
Подробнее читайте на https://oilru.com/news/453007/

СБУ обвинила сотрудников "Укртрансгаза" в незаконном присвоении около $900 тысКудрин предсказал рост налогов в случае сохранения пенсионного возраста
Просмотров: 619

    распечатать
    добавить в «Избранное»

Код для вставки в блог или на сайт

Ссылки по теме

Удар по теневым правителям Ирана

«Нефть России», 18.03.15, Москва, 12:52   Приговор сыну бывшего президента Мехди Хашеми Рафсанджани является эпизодом нарастающей политической борьбы в Исламской республике
 
Информация о том, что 45-летний Мехди Хашеми приговорен к пятнадцати годам тюремного заключения и огромному штрафу, стала настоящей информационной бомбой, взорвавшей спокойствие Тегерана воскресным днем 15 марта. Часть крупных бизнесменов, плотно «сидящих» на экспортно-импортных операциях и владеющих не одним десятком подставных фирм, тут же задумались о том, не пора ли им паковать чемоданы и срочно покупать билеты в Эмираты, на Гоа и в Таиланд. Сторонники нынешнего президента Хасана Рухани выступили с многочисленными комментариями, в которых приговор суда назвали «попыткой сторонников жесткой линии скомпрометировать реформаторов в преддверии парламентских выборов в феврале следующего года».
 
Но большая часть иранцев встретила произошедшее словами «давно пора» и персидским аналогом русской поговорки о веревочке, которой «сколько не виться, все равно конец будет». Поскольку уже без малого 20 лет биография Мехди Хашеми, четвертого сына одного из «отцов-основателей» Исламской республики, «теневого правителя» Ирана Али Рафсанджани, состоит из «темных пятен» и скандалов. Которые связаны главным образом с тем, что с 1994 года Мехди по сути является главным управляющим финансами могущественного клана, созданного его отцом того самого «клана Рафсанджани», который располагает умопомрачительными по иранским меркам денежными средствами, огромным влиянием в политических элитах страны и является безоговорочным авторитетом для нынешней президентской администрации.
 
Нынешний глава клана, 80-летний Али Акбар Хашеми Рафсанджани, с 1979 года, после победы Исламской революции, занимал практически все высшие должности, которые только существуют в Иране: спикер парламента, де-факто Верховный главнокомандующий на заключительном этапе ирано-иракской войны 1980-1988 годов, два срока президент, глава Ассамблеи экспертов и председатель Совета по целесообразности. И одновременно с этим стал одним из богатейших людей страны, попал по размерам личного состояния в «золотую сотню» Forbes. Головокружительная карьера для выходца из пусть и зажиточной, но все же крестьянской семьи, выращивавшей фисташки в провинции Керман. «Акбар Шах» (великий властелин), как называют Рафсанджани в Иране, всегда отрицал, что его личное состояние как-то связано с занятием им высших постов в Исламской республике. И уж тем более он категорически протестует, когда одним из источников его благосостояния называют приватизацию, начавшуюся в период его пребывания на посту президента.
 
Да, к моменту ее начала один его брат руководил крупнейшей компанией по добыче меди, другой сетью телерадиовещания, племянник и сын занимали ключевые посты в министерстве нефти, еще один сын возглавлял строительство метро в Тегеране. Один из ближайших родственников был губернатором провинции Керман, да и другие находились на «нужных» постах. Но всего этого было явно недостаточно для того, чтобы к началу 2000-х «экономическая империя Рафсанджани» обладала многомиллиардными оборотами, счетами в Швейцарии и Люксембурге, курортными зонами и отелями в Дубае, на Гоа и в Таиланде, а через подставные фирмы контролировала несколько нефтеперерабатывающих заводов, предприятия иранского автопрома и частные авиакомпании.
 
«Ларчик» открывается достаточно просто после победы Исламской революции иранское руководство активно создавало по всему миру «финансовые закладки», счета, на которых аккумулировались средства для финансирования как специальных операций, тех же закупок оружия и технологий, так и деятельности «черных рыцарей» фирм и отдельных предпринимателей, ведущих бизнес с Ираном в обход всяческих санкций, международных или же односторонних. В середине 90-х в ходе одной из дискуссий по поводу бюджета президент Хашеми Рафсанджани категорически заявлял своим оппонентам о необходимости сохранения «значительных резервных средств на случай, если Исламская республика окажется в опасности». Шаг вполне разумный, тогда с «Акбар Шахом» согласились, но чуть позже стало понятно, что право определять «опасный момент» и, соответственно, распоряжаться резервами Рафсанджани оставил за собой. И это право он сумел сохранить даже тогда, когда закончился президентский срок к этому времени члены его клана уже контролировали наиболее значительные из нелегальных финансовых потоков. И координировал все эту деятельность сын «Акбар Шаха» Мехди Хашеми.
 
Скандалы вокруг его фигуры, как уже было сказано выше, возникали постоянно. В 1997 году разразился скандал с французской «Тоталь», которая за право работать на шельфе Ассалуйе «заплатила» сыну «Акбар Шаха» около 80 миллионов долларов. В 2004 году норвежский суд также признал его виновным в получении взятки от местной нефтяной компании Statoil в размере 15 миллионов долларов деньги были переданы Хашеми «за обеспечение выгодных для норвежских фирм контрактов по разработке иранских нефтяных месторождений».
 
В 2011-м происходит событие, которое весьма ярко характеризует стиль Хашеми в ведении дел суд провинции Онтарио признает его виновным в рэкете канадского предпринимателя иранского происхождения, от которого «финансист клана» под угрозой расправы требовал переписать его бизнес в сфере консалтинга в нефтяной сфере на одну из принадлежащих Хашеми фирм.
 
Спасаясь от судебного преследования, Мехди в 2012 году возвращается в Иран. Но времена изменились, у власти теперь другие люди, «поколение ветеранов» во главе с Ахмадинежадом, для которых Рафсанджани и его клан символ перерождения и измены идеалам Исламской революции. Три месяца под арестом вполне могли закончиться реальным длительным сроком по приговору суда уже тогда, но «клан теневых правителей» вновь продемонстрировал свое влияние, и в декабре того же 2012 года Хашеми был освобожден и вновь выехал за границу.
 
Но хотя суда и не состоялось, по клану Рафсанджани был нанесен серьезный удар, который был воспринят иранским обществом с полным одобрением. «Теневые правители», пресловутые «пятьдесят семейств», которые контролируют частный сектор экономики страны, откровенно зарвались. Страна тяжело переносит санкции, уровень жизни падает а еще один сын Рафсанджани, Ясир, вкладывает миллионы долларов в свой конезавод на «тегеранской Рублевке» в северных районах иранской столицы, и это далеко не единичный случай «богатства напоказ», вызывающий яростный протест и в обществе, и в среде «консерваторов», сохраняющих веру в идеалы социальной справедливости, провозглашенные Исламской революцией.
 
Но почему же, зная о столь негативном к себе отношении, Мехди Хашеми вновь вернулся в страну? Центр стратегических исследований Ирана, который долгие годы возглавлял Хасан Рухани, был инициативой Хашеми Рафсанджани. С 1992 года, когда нынешний президент отказался от должности министра разведки, но принял предложение возглавить этот Центр, вся его деятельность как политика оказалось тесно связанной с «Акбар Шахом». «В той или иной форме, с 1992 года, какие бы должности ни занимал Рафсанджани Рухани всегда был рядом с ним», отмечают иранские исследователи. Именно в этом Центре по распоряжению Рафсанджани с 1997 года разрабатывалась так называемая концепция «третьего пути для Ирана» сохранение внешних форм «исламского правления» при глубокой интеграции в нынешнюю однополярную мировую систему, «реинтеграции в мировую экономику» и «конструктивный диалог с ведущими державами». Оно и понятно деньги «клана» требуют легализации на Западе, а потому, как говорят и Рухани, и Рафсанджани: «Экономические проблемы Ирана будут уменьшаться, если экстремисты-консерваторы позволят нам наладить нормальные отношения с миром». Нынешняя двусмысленность позиции официального Тегерана в отношении к России из этой же серии: не повредить диалогу с США. Хашеми вернулся в Иран для участия в реализации этого курса но и он, и члены «клана» откровенно недооценили своих противников из лагеря «консерваторов». Активное сопротивление политике «клана Рафсанджани» и его союзников тех же реформаторов и «пятидесяти семейств», началось в 2005 году, после того как «Акбар Шах» проиграл выборы лидеру нового поколения иранского руководства Махмуду Ахмадинежаду. Как показала история с приговором Мехди Хашеми, приход к власти ставленника «клана» Хасана Рухани воспринимается консерваторами как временное поражение, мириться с которым никто не собирается. По «теневым правителям Ирана» нанесен серьезный политический удар. Не будет громкого процесса, священный принцип иранских элит «не раскачивать лодку» не будет нарушен сенсационными разоблачениями. Но внутриполитическая борьба в Иране на ближайший год не станет от этого менее ожесточенной. Каждой из сторон здесь есть что терять. Более того, исход этой «схватки бульдогов под ковром» несет в себе риски и вызовы для всего региона. Впрочем, это уже отдельная тема…
 
Игорь Панкратенко

 



© 1998 — 2022, «Нефтяное обозрение (oilru.com)».
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928
Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-33815
Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 24 октября 2008 г.
При цитировании или ином использовании любых материалов ссылка на портал «Нефть России» (https://oilru.com/) обязательна.