Встреча Путина с Обамой: побеждает прагматизм

Политика
«Нефть России», 25.09.15, Москва, 11:24    Политический реализм не должен становиться жертвой "политкорректности"
 
24 сентября было официально подтверждено, что Владимир Путин встретится с Бараком Обамой в рамках Генассамблеи ООН 28 сентября, в понедельник. Тем самым подведена определенная черта под рассуждениями политологов по поводу возможности такого диалога.
 
"Будет ли Обама выглядеть слабым, если он встретится с Путиным?" - этот вопрос поставил на сайте The Wall Street Journal Стивен Сестанович, опытный американский специалист по России. Отвечает он на него так: если есть четко сформулированная позиция по тем вопросам, которые планируется обсуждать, то никаких противопоказаний нет. Внутренняя оппозиция в лице республиканцев будет, конечно, бичевать Обаму - нечего, мол, говорить со всякими "плохими парнями", их надо давить, - но если ты можешь показать свою последовательность и способность добиваться нужных компромиссов, то бояться нечего.
 
Беда лишь в том, отмечает профессор Колумбийского университета, что в отношении Сирии - а именно о ней прежде всего пойдет речь на встрече - у Обамы и его администрации нет внятной политики. А это чревато тем, что встреча с Президентом РФ на полях Генассамблеи ООН в Нью-Йорке может выставить Обаму "двойным слабаком": и с "нерукопожатным" Путиным согласился встретиться, и ничего противопоставить ему не может в отношении Сирии.
 
Российская военная активность в этой стране сильно нервирует Вашингтон. Она нервирует и руководство Израиля. Однако, в отличие от американцев, израильтяне точно знают свои цели и задачи по отношению к Сирии. И готовы ради них переступить через идеологические препоны - ведь речь идет о выживании еврейского государства. Вот почему израильский премьер Беньямин Нетаньяху поехал в Москву и встретился с Путиным. Как пишет в журнале Foreign Policy канадский эксперт по постсоветским государствам Рид Стэндиш, Нетаньяху хотел услышать от Президента РФ, что современное российское оружие, присутствующее в Сирии, не попадет в руки боевиков "Хезболлы". Он это услышал, хотя и в несколько "эзоповой" форме. Нетаньяху также добился успеха, договорившись с Путиным о координации военных действий во избежание "недоразумений" - ведь российские самолеты в Сирии уже есть (наряду с другим оружием), а израильская авиация может появиться в любой момент. Это может произойти, если террористы атакуют израильские цели с сирийской территории или если Сирия вновь начнет строить ядерный реактор (один израильтяне уже уничтожили в 2007 году). Но выигрыш Путина, считает аналитик, гораздо весомее: для него визит Нетаньяху - это признание растущего влияния России на Ближнем Востоке.
 
По идее, общение с Путиным должно бы быть для Нетаньяху "некошерным": Израиль - близкий союзник США и единственная страна на Ближнем Востоке, живущая (более или менее) по канонам западной демократии. Но вместо критерия "идеологической кошерности" израильское руководство применяет мерило политической целесообразности. В 2008 году, во время короткой войны между Россией и Грузией, Израиль остановил военные поставки грузинской стороне. Взамен он получил согласие Москвы остановить поставки зенитных ракет S-300 Ирану и Сирии. (Они еще могут состояться, но пока Кремль выжидает.) В отношении Крыма и Украины Нетаньяху соблюдает нейтралитет, не присоединяясь к западным санкциям против РФ.
 
Израиль видит, что Москва по-прежнему поддерживает Иран и Сирию и заигрывает с террористами из ХАМАСа и "Хезболлы". Он не может заставить Кремль отказаться от этой политики, но может добиваться от него уступок и получать выгоды от поддержания нормальных отношений с Россией - что он и делает. И мирные отношения еврейского государства с Иорданией, Египтом, Марокко, Турцией - это тоже "из этой оперы".
 
В международном политическом лексиконе такое поведение именуется немецким словом Realpolitik. Изобретатели этого замечательного слова, вошедшего в другие языки, в 70-е годы активно применяли Realpolitik в отношениях ФРГ с Советским Союзом и другими странами соцлагеря, включая ГДР. Членство в НАТО, присутствие американских войск и вооружений на немецкой земле гармонично сочетались с торгово-экономическим, культурным и прочим сотрудничеством с СССР. А куда деваться? Шестую часть суши, утыканную ядерными ракетами, не отметешь прочь, с глаз долой, - особенно когда она географически совсем рядом.
 
В этом же ключе рассуждали Генри Киссинджер и Ричард Никсон, когда в начале 70-х открыли для Америки Китай в лице КНР - до этого для США Китаем был Тайвань (Китайская Республика). Невозможно игнорировать страну с миллиардным населением и атомным оружием, у которой к тому же были напряженные отношения с "врагом моего врага" (в 1969 году между СССР и КНР имел место приграничный вооруженный конфликт). Позже на смену республиканской администрации пришли демократы, но и Картер с Бжезинским продолжали нормализацию отношений с Китаем: 1 января 1979 года были восстановлены полномасштабные дипотношения КНР и США.
 
Кстати, именно китайцы - непревзойденные мастера по части Realpolitik. Когда Дэн Сяопин в 80-е годы начинал экономические реформы с элементами капитализма, он активно уходил от идеологических ярлыков. В марте 1992 года Дэн заявил на заседании Политбюро ЦК КПК: "Не стоит сковывать себя идеологическими и практическими абстрактными спорами о том, какое имя это все носит - социализм или капитализм". А в одном интервью западным СМИ добавил: "В следующем столетии разберемся".
 
Наступило следующее столетие, китайцы по-прежнему поют "Интернационал" под красными знаменами, хотя значительная часть страны живет при капитализме, в Китае плодятся миллионеры и миллиардеры, у Пекина есть военное сотрудничество с США, и КНР является самым крупным держателем казначейских обязательств американского правительства. Последнее обстоятельство диктует Realpolitik в полном соответствии с американской присказкой: "Если ты должен банку тысячу долларов, то ты зависишь от банка, а если миллион - то банк зависит от тебя". По товарообороту с США (экспорт-импорт) КНР стоит на втором месте после Канады.
 
Подобные реалии означают: можно не соглашаться друг с другом, можно иногда заявлять друг другу протесты, можно заниматься шпионажем (куда ж без этого?), но при этом надо сотрудничать, общаться и, улыбаясь, обмениваться рукопожатиями на высшем уровне. "Нерукопожатных" президентов не бывает - по крайней мере когда речь идет о главе крупной державы, а не о маргинально-одиозных персонажах типа покойного диктатора Уганды Иди Амина.
 
Сегодня Realpolitik нередко становится жертвой идеологических канонов и табу. Кто-то переступает через них, как это делают Израиль или Куба, решившая помириться с главным идейно-политическим врагом - США. Голод не тетка, рассудили в Гаване; советский кормилец почил в бозе, новая Москва на полное иждивение не берет - значит, надо по примеру китайцев забыть о лозунгах и заниматься экономикой. А с помощью американского капитала дело пойдет споро.
 
Но так поступают не все и не всегда. Обамовская администрация преодолела табу, пойдя на восстановление дипотношений с Кубой, но споткнулась на Башаре Асаде. Российские аргументы насчет того, что в Сирии невозможно воевать против т.н. "Исламского государства", не опираясь на реальное сирийское государство, пока не возымели влияния на Вашингтон. "Асад - диктатор, ведущий войну против собственного народа" - и всё тут. Нет, не всё. Подумайте об альтернативе. Не будет Асада - будет еще одна Ливия, где ни одно из двух конкурирующих правительств не контролирует территорию страны, где царят хаос и разруха и где, наверное, с ностальгией вспоминают "добрые времена" жестокого диктатора Муамара Каддафи. Так же, как иракцы тоскуют по эпохе свергнутого американцами Саддама Хусейна.
 
...Пока непонятно, насколько привержена Realpolitik ФРГ - страна, породившая этот термин. С одной стороны, проявлением реализма можно считать прием немцами гигантского количества беженцев из стран Ближнего Востока и Африки - ведь молодые, здоровые лбы, которые, ломая пограничные заграждения, рвутся в Германию, восполнят недостаток работоспособного населения, вызванный низкой рождаемостью. Но с другой стороны, лидеры ФРГ проявляют наивность и догматическую "политкорректность": большинство этих молодых людей - не беженцы, они не настроены на интеграцию в западное общество и продуктивный труд (будут жить в своих гетто на социальные пособия и вдобавок пытаться навязывать немцам свои правила устройства жизни).
 
В Германии жил Мохамед Атта, главарь угонщиков самолетов 11 сентября 2001 года. Там он не столько учился в аспирантуре Технического университета Гамбурга, сколько слушал радикальные проповеди в гамбургской мечети Аль-Кудс, иногда отъезжая в Афганистан для прохождения подготовки в лагерях "Аль-Каиды". Вы думаете, "Аль-Каида" и "Исламское государство" упустили случай заслать к вам под видом "беженцев" тысячи таких же фанатиков? Подумайте еще раз.
 
Вы боитесь прослыть "неполиткорректными"? Это лучше, чем подвергать свой народ смертельной опасности и размывать основы своей - западной, демократической - цивилизации. Они у вас и без того достаточно размыты.
 
Вас клеймят "фашистами", вы испытываете комплекс вины за преступления Третьего рейха? Но ведь с тех пор выросли три новых поколения! И еще: подумайте о том, что кое-кто на Востоке до сих пор считает похвальным братание иерусалимского муфтия Аль-Хусейни с Гитлером в годы Второй мировой войны, а палестинцы порой называют своих детей именами Геринг или Гиммлер.
 
Политический реализм нельзя приносить в жертву "политкорректности". Это некорректно, неразумно и просто безответственно.
 
Илья Бараникас
Подробнее читайте на https://oilru.com/news/480025/

Грузинский политик Багатурия: "Банда Саакашвили обанкротила Грузию"Просветление рубля: ЦБ назвал сумму незаконной "обналички"
Просмотров: 535

    распечатать
    добавить в «Избранное»

Код для вставки в блог или на сайт

Ссылки по теме

Встреча Путина с Обамой: побеждает прагматизм

«Нефть России», 25.09.15, Москва, 11:24   Политический реализм не должен становиться жертвой "политкорректности"
 
24 сентября было официально подтверждено, что Владимир Путин встретится с Бараком Обамой в рамках Генассамблеи ООН 28 сентября, в понедельник. Тем самым подведена определенная черта под рассуждениями политологов по поводу возможности такого диалога.
 
"Будет ли Обама выглядеть слабым, если он встретится с Путиным?" - этот вопрос поставил на сайте The Wall Street Journal Стивен Сестанович, опытный американский специалист по России. Отвечает он на него так: если есть четко сформулированная позиция по тем вопросам, которые планируется обсуждать, то никаких противопоказаний нет. Внутренняя оппозиция в лице республиканцев будет, конечно, бичевать Обаму - нечего, мол, говорить со всякими "плохими парнями", их надо давить, - но если ты можешь показать свою последовательность и способность добиваться нужных компромиссов, то бояться нечего.
 
Беда лишь в том, отмечает профессор Колумбийского университета, что в отношении Сирии - а именно о ней прежде всего пойдет речь на встрече - у Обамы и его администрации нет внятной политики. А это чревато тем, что встреча с Президентом РФ на полях Генассамблеи ООН в Нью-Йорке может выставить Обаму "двойным слабаком": и с "нерукопожатным" Путиным согласился встретиться, и ничего противопоставить ему не может в отношении Сирии.
 
Российская военная активность в этой стране сильно нервирует Вашингтон. Она нервирует и руководство Израиля. Однако, в отличие от американцев, израильтяне точно знают свои цели и задачи по отношению к Сирии. И готовы ради них переступить через идеологические препоны - ведь речь идет о выживании еврейского государства. Вот почему израильский премьер Беньямин Нетаньяху поехал в Москву и встретился с Путиным. Как пишет в журнале Foreign Policy канадский эксперт по постсоветским государствам Рид Стэндиш, Нетаньяху хотел услышать от Президента РФ, что современное российское оружие, присутствующее в Сирии, не попадет в руки боевиков "Хезболлы". Он это услышал, хотя и в несколько "эзоповой" форме. Нетаньяху также добился успеха, договорившись с Путиным о координации военных действий во избежание "недоразумений" - ведь российские самолеты в Сирии уже есть (наряду с другим оружием), а израильская авиация может появиться в любой момент. Это может произойти, если террористы атакуют израильские цели с сирийской территории или если Сирия вновь начнет строить ядерный реактор (один израильтяне уже уничтожили в 2007 году). Но выигрыш Путина, считает аналитик, гораздо весомее: для него визит Нетаньяху - это признание растущего влияния России на Ближнем Востоке.
 
По идее, общение с Путиным должно бы быть для Нетаньяху "некошерным": Израиль - близкий союзник США и единственная страна на Ближнем Востоке, живущая (более или менее) по канонам западной демократии. Но вместо критерия "идеологической кошерности" израильское руководство применяет мерило политической целесообразности. В 2008 году, во время короткой войны между Россией и Грузией, Израиль остановил военные поставки грузинской стороне. Взамен он получил согласие Москвы остановить поставки зенитных ракет S-300 Ирану и Сирии. (Они еще могут состояться, но пока Кремль выжидает.) В отношении Крыма и Украины Нетаньяху соблюдает нейтралитет, не присоединяясь к западным санкциям против РФ.
 
Израиль видит, что Москва по-прежнему поддерживает Иран и Сирию и заигрывает с террористами из ХАМАСа и "Хезболлы". Он не может заставить Кремль отказаться от этой политики, но может добиваться от него уступок и получать выгоды от поддержания нормальных отношений с Россией - что он и делает. И мирные отношения еврейского государства с Иорданией, Египтом, Марокко, Турцией - это тоже "из этой оперы".
 
В международном политическом лексиконе такое поведение именуется немецким словом Realpolitik. Изобретатели этого замечательного слова, вошедшего в другие языки, в 70-е годы активно применяли Realpolitik в отношениях ФРГ с Советским Союзом и другими странами соцлагеря, включая ГДР. Членство в НАТО, присутствие американских войск и вооружений на немецкой земле гармонично сочетались с торгово-экономическим, культурным и прочим сотрудничеством с СССР. А куда деваться? Шестую часть суши, утыканную ядерными ракетами, не отметешь прочь, с глаз долой, - особенно когда она географически совсем рядом.
 
В этом же ключе рассуждали Генри Киссинджер и Ричард Никсон, когда в начале 70-х открыли для Америки Китай в лице КНР - до этого для США Китаем был Тайвань (Китайская Республика). Невозможно игнорировать страну с миллиардным населением и атомным оружием, у которой к тому же были напряженные отношения с "врагом моего врага" (в 1969 году между СССР и КНР имел место приграничный вооруженный конфликт). Позже на смену республиканской администрации пришли демократы, но и Картер с Бжезинским продолжали нормализацию отношений с Китаем: 1 января 1979 года были восстановлены полномасштабные дипотношения КНР и США.
 
Кстати, именно китайцы - непревзойденные мастера по части Realpolitik. Когда Дэн Сяопин в 80-е годы начинал экономические реформы с элементами капитализма, он активно уходил от идеологических ярлыков. В марте 1992 года Дэн заявил на заседании Политбюро ЦК КПК: "Не стоит сковывать себя идеологическими и практическими абстрактными спорами о том, какое имя это все носит - социализм или капитализм". А в одном интервью западным СМИ добавил: "В следующем столетии разберемся".
 
Наступило следующее столетие, китайцы по-прежнему поют "Интернационал" под красными знаменами, хотя значительная часть страны живет при капитализме, в Китае плодятся миллионеры и миллиардеры, у Пекина есть военное сотрудничество с США, и КНР является самым крупным держателем казначейских обязательств американского правительства. Последнее обстоятельство диктует Realpolitik в полном соответствии с американской присказкой: "Если ты должен банку тысячу долларов, то ты зависишь от банка, а если миллион - то банк зависит от тебя". По товарообороту с США (экспорт-импорт) КНР стоит на втором месте после Канады.
 
Подобные реалии означают: можно не соглашаться друг с другом, можно иногда заявлять друг другу протесты, можно заниматься шпионажем (куда ж без этого?), но при этом надо сотрудничать, общаться и, улыбаясь, обмениваться рукопожатиями на высшем уровне. "Нерукопожатных" президентов не бывает - по крайней мере когда речь идет о главе крупной державы, а не о маргинально-одиозных персонажах типа покойного диктатора Уганды Иди Амина.
 
Сегодня Realpolitik нередко становится жертвой идеологических канонов и табу. Кто-то переступает через них, как это делают Израиль или Куба, решившая помириться с главным идейно-политическим врагом - США. Голод не тетка, рассудили в Гаване; советский кормилец почил в бозе, новая Москва на полное иждивение не берет - значит, надо по примеру китайцев забыть о лозунгах и заниматься экономикой. А с помощью американского капитала дело пойдет споро.
 
Но так поступают не все и не всегда. Обамовская администрация преодолела табу, пойдя на восстановление дипотношений с Кубой, но споткнулась на Башаре Асаде. Российские аргументы насчет того, что в Сирии невозможно воевать против т.н. "Исламского государства", не опираясь на реальное сирийское государство, пока не возымели влияния на Вашингтон. "Асад - диктатор, ведущий войну против собственного народа" - и всё тут. Нет, не всё. Подумайте об альтернативе. Не будет Асада - будет еще одна Ливия, где ни одно из двух конкурирующих правительств не контролирует территорию страны, где царят хаос и разруха и где, наверное, с ностальгией вспоминают "добрые времена" жестокого диктатора Муамара Каддафи. Так же, как иракцы тоскуют по эпохе свергнутого американцами Саддама Хусейна.
 
...Пока непонятно, насколько привержена Realpolitik ФРГ - страна, породившая этот термин. С одной стороны, проявлением реализма можно считать прием немцами гигантского количества беженцев из стран Ближнего Востока и Африки - ведь молодые, здоровые лбы, которые, ломая пограничные заграждения, рвутся в Германию, восполнят недостаток работоспособного населения, вызванный низкой рождаемостью. Но с другой стороны, лидеры ФРГ проявляют наивность и догматическую "политкорректность": большинство этих молодых людей - не беженцы, они не настроены на интеграцию в западное общество и продуктивный труд (будут жить в своих гетто на социальные пособия и вдобавок пытаться навязывать немцам свои правила устройства жизни).
 
В Германии жил Мохамед Атта, главарь угонщиков самолетов 11 сентября 2001 года. Там он не столько учился в аспирантуре Технического университета Гамбурга, сколько слушал радикальные проповеди в гамбургской мечети Аль-Кудс, иногда отъезжая в Афганистан для прохождения подготовки в лагерях "Аль-Каиды". Вы думаете, "Аль-Каида" и "Исламское государство" упустили случай заслать к вам под видом "беженцев" тысячи таких же фанатиков? Подумайте еще раз.
 
Вы боитесь прослыть "неполиткорректными"? Это лучше, чем подвергать свой народ смертельной опасности и размывать основы своей - западной, демократической - цивилизации. Они у вас и без того достаточно размыты.
 
Вас клеймят "фашистами", вы испытываете комплекс вины за преступления Третьего рейха? Но ведь с тех пор выросли три новых поколения! И еще: подумайте о том, что кое-кто на Востоке до сих пор считает похвальным братание иерусалимского муфтия Аль-Хусейни с Гитлером в годы Второй мировой войны, а палестинцы порой называют своих детей именами Геринг или Гиммлер.
 
Политический реализм нельзя приносить в жертву "политкорректности". Это некорректно, неразумно и просто безответственно.
 
Илья Бараникас

 



© 1998 — 2022, «Нефтяное обозрение (oilru.com)».
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928
Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-33815
Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 24 октября 2008 г.
При цитировании или ином использовании любых материалов ссылка на портал «Нефть России» (https://oilru.com/) обязательна.