Туда-сюда триллион. Правительство рассматривает параметры весенней коррекции бюджета

Экономика
«Нефть России», 17.02.22, Москва, 07:48    Инфляционный всплеск конца 2021 года, дополнительные доходы из-за высоких цен нефти и возвращение к стандартным методам управления бюджетом потребуют изменений бюджета на 2022–2024 годы Госдумой: правительство в течение следующей недели оговорит основные параметры весенних поправок к бюджету, возможны и осенние изменения. Предположительно, изменения будут достаточно большими, чтобы влиять на макроэкономические показатели сами по себе — хотя строгое следование «бюджетному правилу» в Белом доме сохраняется, бюджетная консолидация в 2022 году должна будет в цифрах выглядеть как значимый рост доходов и расходов бюджета.
 
Министр финансов Антон Силуанов на брифинге подтвердил характер предстоящих изменений в бюджет на 2022–2024 годы. Напомним, с 2020 года в силу чрезвычайных пандемических обстоятельств правительству было предоставлено право изменять параметры текущего бюджета по необходимости, и, в принципе, никого бы не удивило, если бы Госдуме предложили продлить этот режим и на 2022 год — но этого не произошло, и сейчас для изменения бюджета требуется стандартная процедура, поправки к действующему закону о бюджете, проведенные через Госдуму и СФ и подписанные президентом. Антон Силуанов подтвердил, что Белый дом должен закончить работу над новыми параметрами бюджета в течение недели, после чего законопроект должен быть утвержден на заседании правительства — в Госдуму поправки попадут к марту 2022 года.
 
Есть несколько причин для того, чтобы эти поправки были, по крайней мере на текущий год, значительными. Министр финансов подтвердил, что в Белом доме сейчас нет оппонентов действующему «бюджетному правилу» (а следовательно, и завершению бюджетной консолидации в 2022 году) и характер бюджета останется тем же, что и сейчас. Но по крайней мере номинальные цифры в нем (до завершения расчетов Антон Силуанов отказался давать какие-либо численные расчеты, остановившись на качественных «развилках» будущих решений) изменятся сильно — вероятно, и расходы, и доходы 2022 года будут скорректированы в пределах 1 трлн руб. или выше (оценка “Ъ”).
 
Причин для этого названо несколько. Главная — инфляционный всплеск с конца 2021 года: в действующем бюджете заложены старые показатели инфляции, близкие к таргету Банка России (4% годовых). Напомним, ранее источники Минэкономики приводили в качестве возможной оценки инфляции для новой версии бюджетного прогноза 5,9% годовых, Минфин считает такую оценку «отражающей реалии».
 
На деле существенно более точный прогноз по инфляции 2022 года может появиться как раз при рассмотрении Госдумой уже готовых поправок: именно в марте—апреле появится достаточно данных о будущей скорости дезинфляции в экономике РФ и о длительности нахождения инфляции «год к году» на текущем «плато» выше 8,5% годовых. Снижение инфляции может быть, в зависимости от очень многих факторов, как быстрым, так и достаточно медленным: напомним, ЦБ предполагает полный эффект от повышения ключевой ставки с осени 2021 года только во втором полугодии 2022 года. В силу в том числе и этого вероятен и второй, осенний пересмотр бюджета, синхронизированный, как до 2019 года, с принятием трехлетнего бюджета — на 2023–2025 годы.
 
Высокая инфляция так или иначе будет учитываться и в инвестиционной части бюджета — в рамках удорожания строек, госзаказа; дополнят новые госрасходы последствия увеличения ключевой ставки — как напомнил Антон Силуанов, от нее зависят объемы финансирования субсидий по процентным ставкам (например, в рамках «фабрики проектного финансирования» ВЭБ.РФ), часть агроподдержки и многое другое. Это, подчеркнул министр, «трехзначные в миллиардах рублей» допрасходы.
 
Примерно такого же уровня допрасходы нужны социальным фондам — в первую очередь ФСС и ФОМС. «Омикрон», как выяснилось, для бюджетной системы (в отличие от людей) является примерно такой же проблемой, как предшествующие штаммы «бета» и «дельта»: большие объемы заражений меньшей тяжести требуют такого же бюджетного перераспределения. Минфин прогнозирует резкий рост дефицита ФСС — облегченный под пик «омикрона» режим регистрации ОРВИ привел к массовой выдаче больничных листов. Антон Силуанов назвал цифру в 600 тыс. новых больничных в день (на пике заболеваемости коронавирусом в феврале именно по этой инфекции в стране регистрировалось максимум 200 тыс. заболевших в сутки). Судя по всему, дело не только в высокой заболеваемости, но в части случаев в неформальном использовании работодателями этого механизма в свою пользу. Вряд ли этот вопрос будет исследоваться специально, но по февральским цифрам Росстата уже можно будет судить, в какой степени «естественный локдаун», вызванный «омикроном», снизил фактическую занятость в РФ. В любом случае, эта волна COVID-19 явно вызвала сверхнормативную загрузку сети здравоохранения — и правительству, в первую очередь через ФОМС, придется оплачивать эти расходы.
 
Это также «трехзначные» цифры, сомнительно, чтобы расходы 2022 года в итоге были увеличены на сумму меньше 1 трлн руб. Эти многие сотни миллиардов у правительства явно есть: цены на нефть высоки, рост ВВП в 2021 году был существенно (4,6% против 4,2% прогноза) выше предполагаемого. Но расходы в 2022 году будут дополнены и инвестициями с участием или полным финансированием из Фонда национального благосостояния (ФНБ). В числе «практически готовых» (к финансированию с 2022 года) проектов Антон Силуанов назвал вложения из ФНБ 150 млрд руб. в Фонд ЖКХ, в дорожное строительство (трассы Казань—Екатеринбург, Москва—Казань, Центральный транспортный узел, расходы на подвижной состав в Санкт-Петербурге), инфраструктурные кредиты регионам (программа на 500 млрд руб.), в газовый проект в Усть-Луге (последний досчитывает ВЭБ.РФ, он будет, по словам министра, готов в 2022 году).
 
Напомним, что аналитики в 2020–2021 годах считали уровень госрасходов нейтральным как в отношении динамики ВВП, так и в отношении инфляции — вероятно, все изменения в бюджет на 2022 год также не будут открыто и сильно проинфляционными, но, во всяком случае, дезинфляционной коррекция бюджета не будет. ЦБ в последнем комментарии заявил об учете в своем прогнозе до 2024 года последних изменений в тратах ФНБ, однако пока не существующие в цифрах изменения бюджета Банк России точно не обсчитывал. Минфин полагает, что разногласий в стратегии у него с ЦБ нет: позиции в споре о криптовалютах (см. “Ъ” от 9 февраля) Антон Силуанов назвал единственным сейчас разногласием с ЦБ — напомним, законопроект по этому вопросу Минфин и ЦБ должны согласовать до 18 февраля, исходя из нынешнего состояния дискуссии (хотя министр финансов прямо этого не утверждал), сроки не будут выдержаны.
 
В любом случае, неизвестно, будет ли весенняя коррекция бюджета чисто технической — или же не имевшие ранее возможностей просить допфинансирования министерства воспримут его как окно возможностей: оно давно не открывалось. Минфин пока ждет «технического» сценария. Программу госзаимствований на 2022–2024 годы менять не предполагается, Минфин при этом констатирует повышенный спрос на инструменты с переменной доходностью — ранее они составляли 30% размещений, сейчас спрос на такие бумаги на сильно изменившемся рынке выше.
 
Дмитрий Бутрин
Подробнее читайте на https://oilru.com/news/568127/

АЗС заправились маржой. Бензин дорожает только в розницеВильфанд спрогнозировал первый «весенний дождь» 17 и 18 февраля в Москве
Просмотров: 186

    распечатать
    добавить в «Избранное»

Код для вставки в блог или на сайт

Ссылки по теме

Туда-сюда триллион. Правительство рассматривает параметры весенней коррекции бюджета

«Нефть России», 17.02.22, Москва, 07:48   Инфляционный всплеск конца 2021 года, дополнительные доходы из-за высоких цен нефти и возвращение к стандартным методам управления бюджетом потребуют изменений бюджета на 2022–2024 годы Госдумой: правительство в течение следующей недели оговорит основные параметры весенних поправок к бюджету, возможны и осенние изменения. Предположительно, изменения будут достаточно большими, чтобы влиять на макроэкономические показатели сами по себе — хотя строгое следование «бюджетному правилу» в Белом доме сохраняется, бюджетная консолидация в 2022 году должна будет в цифрах выглядеть как значимый рост доходов и расходов бюджета.
 
Министр финансов Антон Силуанов на брифинге подтвердил характер предстоящих изменений в бюджет на 2022–2024 годы. Напомним, с 2020 года в силу чрезвычайных пандемических обстоятельств правительству было предоставлено право изменять параметры текущего бюджета по необходимости, и, в принципе, никого бы не удивило, если бы Госдуме предложили продлить этот режим и на 2022 год — но этого не произошло, и сейчас для изменения бюджета требуется стандартная процедура, поправки к действующему закону о бюджете, проведенные через Госдуму и СФ и подписанные президентом. Антон Силуанов подтвердил, что Белый дом должен закончить работу над новыми параметрами бюджета в течение недели, после чего законопроект должен быть утвержден на заседании правительства — в Госдуму поправки попадут к марту 2022 года.
 
Есть несколько причин для того, чтобы эти поправки были, по крайней мере на текущий год, значительными. Министр финансов подтвердил, что в Белом доме сейчас нет оппонентов действующему «бюджетному правилу» (а следовательно, и завершению бюджетной консолидации в 2022 году) и характер бюджета останется тем же, что и сейчас. Но по крайней мере номинальные цифры в нем (до завершения расчетов Антон Силуанов отказался давать какие-либо численные расчеты, остановившись на качественных «развилках» будущих решений) изменятся сильно — вероятно, и расходы, и доходы 2022 года будут скорректированы в пределах 1 трлн руб. или выше (оценка “Ъ”).
 
Причин для этого названо несколько. Главная — инфляционный всплеск с конца 2021 года: в действующем бюджете заложены старые показатели инфляции, близкие к таргету Банка России (4% годовых). Напомним, ранее источники Минэкономики приводили в качестве возможной оценки инфляции для новой версии бюджетного прогноза 5,9% годовых, Минфин считает такую оценку «отражающей реалии».
 
На деле существенно более точный прогноз по инфляции 2022 года может появиться как раз при рассмотрении Госдумой уже готовых поправок: именно в марте—апреле появится достаточно данных о будущей скорости дезинфляции в экономике РФ и о длительности нахождения инфляции «год к году» на текущем «плато» выше 8,5% годовых. Снижение инфляции может быть, в зависимости от очень многих факторов, как быстрым, так и достаточно медленным: напомним, ЦБ предполагает полный эффект от повышения ключевой ставки с осени 2021 года только во втором полугодии 2022 года. В силу в том числе и этого вероятен и второй, осенний пересмотр бюджета, синхронизированный, как до 2019 года, с принятием трехлетнего бюджета — на 2023–2025 годы.
 
Высокая инфляция так или иначе будет учитываться и в инвестиционной части бюджета — в рамках удорожания строек, госзаказа; дополнят новые госрасходы последствия увеличения ключевой ставки — как напомнил Антон Силуанов, от нее зависят объемы финансирования субсидий по процентным ставкам (например, в рамках «фабрики проектного финансирования» ВЭБ.РФ), часть агроподдержки и многое другое. Это, подчеркнул министр, «трехзначные в миллиардах рублей» допрасходы.
 
Примерно такого же уровня допрасходы нужны социальным фондам — в первую очередь ФСС и ФОМС. «Омикрон», как выяснилось, для бюджетной системы (в отличие от людей) является примерно такой же проблемой, как предшествующие штаммы «бета» и «дельта»: большие объемы заражений меньшей тяжести требуют такого же бюджетного перераспределения. Минфин прогнозирует резкий рост дефицита ФСС — облегченный под пик «омикрона» режим регистрации ОРВИ привел к массовой выдаче больничных листов. Антон Силуанов назвал цифру в 600 тыс. новых больничных в день (на пике заболеваемости коронавирусом в феврале именно по этой инфекции в стране регистрировалось максимум 200 тыс. заболевших в сутки). Судя по всему, дело не только в высокой заболеваемости, но в части случаев в неформальном использовании работодателями этого механизма в свою пользу. Вряд ли этот вопрос будет исследоваться специально, но по февральским цифрам Росстата уже можно будет судить, в какой степени «естественный локдаун», вызванный «омикроном», снизил фактическую занятость в РФ. В любом случае, эта волна COVID-19 явно вызвала сверхнормативную загрузку сети здравоохранения — и правительству, в первую очередь через ФОМС, придется оплачивать эти расходы.
 
Это также «трехзначные» цифры, сомнительно, чтобы расходы 2022 года в итоге были увеличены на сумму меньше 1 трлн руб. Эти многие сотни миллиардов у правительства явно есть: цены на нефть высоки, рост ВВП в 2021 году был существенно (4,6% против 4,2% прогноза) выше предполагаемого. Но расходы в 2022 году будут дополнены и инвестициями с участием или полным финансированием из Фонда национального благосостояния (ФНБ). В числе «практически готовых» (к финансированию с 2022 года) проектов Антон Силуанов назвал вложения из ФНБ 150 млрд руб. в Фонд ЖКХ, в дорожное строительство (трассы Казань—Екатеринбург, Москва—Казань, Центральный транспортный узел, расходы на подвижной состав в Санкт-Петербурге), инфраструктурные кредиты регионам (программа на 500 млрд руб.), в газовый проект в Усть-Луге (последний досчитывает ВЭБ.РФ, он будет, по словам министра, готов в 2022 году).
 
Напомним, что аналитики в 2020–2021 годах считали уровень госрасходов нейтральным как в отношении динамики ВВП, так и в отношении инфляции — вероятно, все изменения в бюджет на 2022 год также не будут открыто и сильно проинфляционными, но, во всяком случае, дезинфляционной коррекция бюджета не будет. ЦБ в последнем комментарии заявил об учете в своем прогнозе до 2024 года последних изменений в тратах ФНБ, однако пока не существующие в цифрах изменения бюджета Банк России точно не обсчитывал. Минфин полагает, что разногласий в стратегии у него с ЦБ нет: позиции в споре о криптовалютах (см. “Ъ” от 9 февраля) Антон Силуанов назвал единственным сейчас разногласием с ЦБ — напомним, законопроект по этому вопросу Минфин и ЦБ должны согласовать до 18 февраля, исходя из нынешнего состояния дискуссии (хотя министр финансов прямо этого не утверждал), сроки не будут выдержаны.
 
В любом случае, неизвестно, будет ли весенняя коррекция бюджета чисто технической — или же не имевшие ранее возможностей просить допфинансирования министерства воспримут его как окно возможностей: оно давно не открывалось. Минфин пока ждет «технического» сценария. Программу госзаимствований на 2022–2024 годы менять не предполагается, Минфин при этом констатирует повышенный спрос на инструменты с переменной доходностью — ранее они составляли 30% размещений, сейчас спрос на такие бумаги на сильно изменившемся рынке выше.
 
Дмитрий Бутрин

 



© 1998 — 2022, «Нефтяное обозрение (oilru.com)».
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928
Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-33815
Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 24 октября 2008 г.
При цитировании или ином использовании любых материалов ссылка на портал «Нефть России» (https://oilru.com/) обязательна.