В ожидании атомного ренессанса. Цены на уран растут, и его производители все более интересны инвесторам

Атомная энергетика
«Нефть России», 03.12.21, Москва, 07:44    10 лет назад произошла одна из самых крупных аварий в атомной энергетике – утечка радиации на электростанции «Фукусима-1» в Японии из-за землетрясения и цунами, накрывшего побережье страны. Эта катастрофа привела к стагнации в отрасли – все японские атомные электростанции (АЭС) были остановлены для ужесточения мер безопасности. Многие страны последовали примеру Японии и начали закрывать АЭС. В итоге за два года после аварии цена на уран резко упала – с $70 до менее $40 за фунт. Тем не менее есть ряд предпосылок для восстановления этого рынка в ближайшие годы.
 
Атомная отрасль отличается длинным инвестиционным циклом: на строительство АЭС в среднем уходит 7–10 лет. Когда произошла авария на «Фукусиме», многие электростанции находились в середине такого цикла, и, так как эти проекты весьма дорогие, их не стали замораживать. Основное сокращение числа ядерных реакторов пришлось на 2019–2020 гг. Сейчас в мире почти столько же ядерных реакторов, как и до аварии на «Фукусиме», – 442 энергоблока, а еще 51 пока строится. Лидер по производству урана – Казахстан (45% мировой добычи), на 2-м месте – Канада (13%), на 3-м – Австралия.
 
Производственный цикл ядерного топлива довольно сложный: от добычи до загрузки в реактор сырье проходит несколько этапов переработки, которые занимают в общей сложности до 1,5 года. В США ядерная энергетика хорошо развита: она обеспечивает 20% совокупной выработки электроэнергии, в то время как в других странах средний показатель – 10%. Поэтому сейчас США – самый крупный потребитель урана на мировом рынке: на долю этой страны приходится 27% спроса.
 
Есть опасения, что через 10 лет на рынке возникнет серьезный дефицит урана. После аварии на «Фукусиме» цены на этот металл были стабильно низкими, что демотивировало добывающие компании. Мировое производство урана упало с 63,2 т в 2016 г. до 47,7 т в 2020 г. За это время сократились инвестиции в новые мощности, а у некоторых рудников истекают сроки эксплуатации. Рынок опасается серьезных перебоев с поставками в будущем.
 
Впрочем, есть факторы, которые способствуют восстановлению спроса. Во-первых, это ввод новых реакторов. Всемирная ядерная ассоциация (WNA) ожидает, что к 2050 г. число ядерных реакторов удвоится. Разница между объемами добычи и текущим спросом на уран уже сейчас покрывается в первую очередь за счет складских запасов АЭС, которые истощаются. Во-вторых, свою роль сыграет углеродная нейтральность (net zero). Уже понятно, что возобновляемые источники энергии не скоро захватят рынок: за счет солнца и ветра производится не так много электроэнергии. На конференции ООН в Глазго (COP26) страны договорились сократить использование угля. В качестве зеленой альтернативы Франция, Финляндия и Польша предложили уран. Но ряд стран выступают против атомной энергетики: например, Германия отказывается от АЭС.
 
Будущее отрасли зависит от того, какую роль мирный атом сыграет в энергетической трансформации. Если в этом процессе большинство стран сделают ставку исключительно на атомную энергетику, то, согласно амбициозному прогнозу Bloomberg New Energy Outlook, мощности АЭС к 2050 г. могут вырасти в 19 раз. В то же время сценарий net zero, представленный BP, предполагает, что мощности АЭС в этот период увеличатся лишь в 2,4 раза.
 
С сентября этого года цены на уран выросли с $34 до $43 за фунт, вернувшись к уровням 2012 г. Активно скупать физический уран начал специализированный канадский фонд Sprott Physical Uranium Trust, созданный летом 2021 г. Он закупил в общей сложности 24 млн фунтов, дневной объем покупок доходил до 500 000 фунтов (для сравнения: в 2020 г. совокупный объем спотового рынка урана составил 92,2 млн фунтов). Глава фонда объяснил, что действия компании обусловлены «нарастающей важностью атомной энергетики в энергопереходе». По его мнению, в долгосрочной перспективе уран подорожает до $60 за фунт, тогда как в ноябре он стоил $44 за фунт. При этом пока цена урана все еще в 1,5 раза ниже максимумов, наблюдавшихся в 2011 г., до аварии на «Фукусиме».
 
Рынок производителей урана очень концентрирован: в 2020 г. почти 60% добычи приходилось на пятерку лидеров. Мы предлагаем обратить внимание на две компании: крупнейшего в мире производителя урана ­«Казатомпром» (29% мировой добычи) и канадскую Cameco (6%). Квалифицированные инвесторы могут сделать ставку на рынок урана, купив бумаги отраслевого индексного фонда Global X Uranium ETF.
 
Котировки Cameco, 65% акций которой обращается на бирже, выросли с начала года на 96,8% с $12,97 до $26,36. Несмотря на впечатляющий рост, бумаги Cameco недооценены: по мультипликатору P/B, показывающему соотношение рыночной капитализации и балансовой стоимости чистых активов, компания опережает индекс Bloomberg World Basic Materials (BWBMAT) на 24%. При этом в течение пяти лет до аварии на «Фукусиме» акции Cameco обгоняли этот индекс в среднем на 95%. Премия Cameco к BWBMAT может вернуться к уровням, наблюдавшимся до аварии, и в результате ее акции подорожают в 1,5 раза.
 
У Cameco хороший объем запасов урана и большой потенциал наращивания добычи. В 2021 г. компания может нарастить добычу на своем крупнейшем месторождении Cigar Lake на 20% по сравнению с 2020 г. и увеличить на 29% производство урана на месторождении Inkai – совместном предприятии с «Казатомпромом». Финансовые показатели Cameco начнут повышаться только через год: в текущем году прогнозируется падение выручки компании на 18%, а в 2022 г. – рост этого показателя на 22% и первая чистая прибыль с 2019 г.
 
«Казатомпром», национальная атомная компания Казахстана, – очевидная возможность для инвестиций в уран. Его бумаги с начала года подорожали на 164% с 15,5 до 40,9 евро. Потенциал роста их котировок такой же, как у акций Cameco, – примерно в 1,5 раза.
 
У «Казатомпрома» низкая себестоимость добычи урана – всего $8,67 на фунт сырья, вдвое меньше, чем у Cameco. Благодаря этому рентабельность компании по EBITDA в первой половине 2021 г. составила 42%. Компания прогнозирует рост выручки за 2021 г. на 5,6% до $1,53–1,56 млрд. Кроме того, у «Казатомпрома» низкая долговая нагрузка: свободные денежные средства превышают остаток долга на $141 млн.
 
Квалифицированным инвесторам также доступен биржевой американский инвестиционный фонд Global X Uranium ETF (URA), выросший с начала года на 88,32% с $15,49 до $29,17. Фонд отслеживает индекс Solactive Global Uranium & Nuclear Components Total Return Index и инвестирует в бумаги крупнейших компаний отрасли, в том числе Cameco и «Казатомпром».
 
Дмитрий Макаров
Подробнее читайте на https://oilru.com/news/562789/
Цены на нефть могут вырасти намного выше по сравнению с текущими уровнямиЧего только нефть: как повлияет на рынок сохранение сделки ОПЕК+
Просмотров: 243

    распечатать
    добавить в «Избранное»
Код для вставки в блог или на сайт

Ссылки по теме

В ожидании атомного ренессанса. Цены на уран растут, и его производители все более интересны инвесторам

«Нефть России», 03.12.21, Москва, 07:44   10 лет назад произошла одна из самых крупных аварий в атомной энергетике – утечка радиации на электростанции «Фукусима-1» в Японии из-за землетрясения и цунами, накрывшего побережье страны. Эта катастрофа привела к стагнации в отрасли – все японские атомные электростанции (АЭС) были остановлены для ужесточения мер безопасности. Многие страны последовали примеру Японии и начали закрывать АЭС. В итоге за два года после аварии цена на уран резко упала – с $70 до менее $40 за фунт. Тем не менее есть ряд предпосылок для восстановления этого рынка в ближайшие годы.
 
Атомная отрасль отличается длинным инвестиционным циклом: на строительство АЭС в среднем уходит 7–10 лет. Когда произошла авария на «Фукусиме», многие электростанции находились в середине такого цикла, и, так как эти проекты весьма дорогие, их не стали замораживать. Основное сокращение числа ядерных реакторов пришлось на 2019–2020 гг. Сейчас в мире почти столько же ядерных реакторов, как и до аварии на «Фукусиме», – 442 энергоблока, а еще 51 пока строится. Лидер по производству урана – Казахстан (45% мировой добычи), на 2-м месте – Канада (13%), на 3-м – Австралия.
 
Производственный цикл ядерного топлива довольно сложный: от добычи до загрузки в реактор сырье проходит несколько этапов переработки, которые занимают в общей сложности до 1,5 года. В США ядерная энергетика хорошо развита: она обеспечивает 20% совокупной выработки электроэнергии, в то время как в других странах средний показатель – 10%. Поэтому сейчас США – самый крупный потребитель урана на мировом рынке: на долю этой страны приходится 27% спроса.
 
Есть опасения, что через 10 лет на рынке возникнет серьезный дефицит урана. После аварии на «Фукусиме» цены на этот металл были стабильно низкими, что демотивировало добывающие компании. Мировое производство урана упало с 63,2 т в 2016 г. до 47,7 т в 2020 г. За это время сократились инвестиции в новые мощности, а у некоторых рудников истекают сроки эксплуатации. Рынок опасается серьезных перебоев с поставками в будущем.
 
Впрочем, есть факторы, которые способствуют восстановлению спроса. Во-первых, это ввод новых реакторов. Всемирная ядерная ассоциация (WNA) ожидает, что к 2050 г. число ядерных реакторов удвоится. Разница между объемами добычи и текущим спросом на уран уже сейчас покрывается в первую очередь за счет складских запасов АЭС, которые истощаются. Во-вторых, свою роль сыграет углеродная нейтральность (net zero). Уже понятно, что возобновляемые источники энергии не скоро захватят рынок: за счет солнца и ветра производится не так много электроэнергии. На конференции ООН в Глазго (COP26) страны договорились сократить использование угля. В качестве зеленой альтернативы Франция, Финляндия и Польша предложили уран. Но ряд стран выступают против атомной энергетики: например, Германия отказывается от АЭС.
 
Будущее отрасли зависит от того, какую роль мирный атом сыграет в энергетической трансформации. Если в этом процессе большинство стран сделают ставку исключительно на атомную энергетику, то, согласно амбициозному прогнозу Bloomberg New Energy Outlook, мощности АЭС к 2050 г. могут вырасти в 19 раз. В то же время сценарий net zero, представленный BP, предполагает, что мощности АЭС в этот период увеличатся лишь в 2,4 раза.
 
С сентября этого года цены на уран выросли с $34 до $43 за фунт, вернувшись к уровням 2012 г. Активно скупать физический уран начал специализированный канадский фонд Sprott Physical Uranium Trust, созданный летом 2021 г. Он закупил в общей сложности 24 млн фунтов, дневной объем покупок доходил до 500 000 фунтов (для сравнения: в 2020 г. совокупный объем спотового рынка урана составил 92,2 млн фунтов). Глава фонда объяснил, что действия компании обусловлены «нарастающей важностью атомной энергетики в энергопереходе». По его мнению, в долгосрочной перспективе уран подорожает до $60 за фунт, тогда как в ноябре он стоил $44 за фунт. При этом пока цена урана все еще в 1,5 раза ниже максимумов, наблюдавшихся в 2011 г., до аварии на «Фукусиме».
 
Рынок производителей урана очень концентрирован: в 2020 г. почти 60% добычи приходилось на пятерку лидеров. Мы предлагаем обратить внимание на две компании: крупнейшего в мире производителя урана ­«Казатомпром» (29% мировой добычи) и канадскую Cameco (6%). Квалифицированные инвесторы могут сделать ставку на рынок урана, купив бумаги отраслевого индексного фонда Global X Uranium ETF.
 
Котировки Cameco, 65% акций которой обращается на бирже, выросли с начала года на 96,8% с $12,97 до $26,36. Несмотря на впечатляющий рост, бумаги Cameco недооценены: по мультипликатору P/B, показывающему соотношение рыночной капитализации и балансовой стоимости чистых активов, компания опережает индекс Bloomberg World Basic Materials (BWBMAT) на 24%. При этом в течение пяти лет до аварии на «Фукусиме» акции Cameco обгоняли этот индекс в среднем на 95%. Премия Cameco к BWBMAT может вернуться к уровням, наблюдавшимся до аварии, и в результате ее акции подорожают в 1,5 раза.
 
У Cameco хороший объем запасов урана и большой потенциал наращивания добычи. В 2021 г. компания может нарастить добычу на своем крупнейшем месторождении Cigar Lake на 20% по сравнению с 2020 г. и увеличить на 29% производство урана на месторождении Inkai – совместном предприятии с «Казатомпромом». Финансовые показатели Cameco начнут повышаться только через год: в текущем году прогнозируется падение выручки компании на 18%, а в 2022 г. – рост этого показателя на 22% и первая чистая прибыль с 2019 г.
 
«Казатомпром», национальная атомная компания Казахстана, – очевидная возможность для инвестиций в уран. Его бумаги с начала года подорожали на 164% с 15,5 до 40,9 евро. Потенциал роста их котировок такой же, как у акций Cameco, – примерно в 1,5 раза.
 
У «Казатомпрома» низкая себестоимость добычи урана – всего $8,67 на фунт сырья, вдвое меньше, чем у Cameco. Благодаря этому рентабельность компании по EBITDA в первой половине 2021 г. составила 42%. Компания прогнозирует рост выручки за 2021 г. на 5,6% до $1,53–1,56 млрд. Кроме того, у «Казатомпрома» низкая долговая нагрузка: свободные денежные средства превышают остаток долга на $141 млн.
 
Квалифицированным инвесторам также доступен биржевой американский инвестиционный фонд Global X Uranium ETF (URA), выросший с начала года на 88,32% с $15,49 до $29,17. Фонд отслеживает индекс Solactive Global Uranium & Nuclear Components Total Return Index и инвестирует в бумаги крупнейших компаний отрасли, в том числе Cameco и «Казатомпром».
 
Дмитрий Макаров

 



© 1998 — 2022, «Нефтяное обозрение (oilru.com)».
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928
Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-33815
Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 24 октября 2008 г.
При цитировании или ином использовании любых материалов ссылка на портал «Нефть России» (https://oilru.com/) обязательна.